Перейти к контенту
britania-ekb.ru

britania-ekb.ru

Медицинский портал

1936 аборты в ссср

Рубрика: АбортАвтор:

Аборты в СССР: чем они грозили женщинам и врачам

Как постановлениями и декретами власти регулировали деликатный вопрос

Сегодня к абортам можно наблюдать самое разное отношение: одни утверждают, что женщина должна сама решать, что ей делать со своим телом, другие называют эту медицинскую процедуру узаконенным убийством. Так или иначе, сегодня аборты официально разрешены. А были времена, когда за искусственное прерывание беременности могли получить срок и женщина, и тот, кто помог ей не стать матерью.

Союз молодой, прогрессивный

Если в царской России к искусственному прерыванию беременности относились более чем негативно, то молодое советское государство оказалось по своей терпимости к женщинам, не желающим рожать, впереди планеты всей. В Советской России аборты узаконили раньше, чем в какой-либо другой стране Европы. 16 октября 1920 года вышло Постановление Народного комиссариата здравоохранения и Народного же комиссариата юстиции «Об искусственном прерывании беременности», согласно которому любая женщина абсолютно бесплатно могла сделать аборт в соответствующем медучреждении. Работницы фабрик и заводов имели здесь некоторые привилегии – их записывали на аборты вне очереди.

Однако уже в 1926 году начинают закручиваться гайки. Впрочем, первые ограничения признали бы разумными даже те, кто сейчас за аборты двумя руками: эту процедуру запрещали делать не рожавшим ранее (чтобы операция не повлияла негативно на репродуктивную систему женщины), а также тем, кто делал аборт менее полугода назад.


#Абортs: сколько стоит #аборт свободы и сколько жизни?

Начиная с 1930 года за аборты стало нужно платить, причем сумма, которую требовали в медицинских учреждениях, постоянно росла. На бесплатное обслуживание имели право женщины, страдающие эпилепсией, туберкулезом, шизофренией, а также с врожденным пороком сердца.

А в 1936 году аборты без медицинских показаний запретили.

Союз сталинский, запрещающий

Сделали это вот почему: выяснилось, что через пять лет после того, как аборты были легализованы, стала резко снижаться рождаемость. Власти были всерьез обеспокоены демографической ситуацией в стране. В итоге 27 июня 1936 года вышло Постановление ЦИК и СНК СССР «О запрещении абортов, увеличении материальной помощи роженицам, установлении государственной помощи многосемейным, расширении сети родительных домов, детских яслей и детских садов, усилении уголовного наказания за неплатеж алиментов и некоторые изменения в законодательство о разводах».

Похожие темы:
Аборт последствия для рожавшей
Аборт 15 летней девочке
40 дней после аборта
Вакуумный аборт может ли остаться плод
Аборт при 1 группе крови резус отрицательный

Наверху очень надеялись, что этот шаг приведет к увеличению рождаемости в стране. И рождаемость действительно подскочила – но на очень короткое время. Потому-то вскоре стали стремительно набирать популярность подпольные, или криминальные, аборты. А они потянули за собой женские смерти.

Дело в том, что такие аборты далеко не всегда делали люди с медицинским образованием. Во-первых, врачи и акушерки не хотели рисковать свободой (за такое могли дать до десяти лет), а во-вторых, женщины и сами не спешили обращаться к врачам, зная, что врач по закону обязан будет на них донести. Так что большую часть абортов совершали люди, далекие от медицины. Также были популярны совсем уж жуткие средства избавления от плода; вспомним хотя бы «Казус Кукоцкого» Улицкой, в котором врач показывает высокопоставленному чиновнику заспиртованную матку с проросшими сквозь нее корнями луковицы. Женщины вводили себе в матку различные предметы, устраивали спринцевание уксусом, парили ноги в горячей воде с горчицей (как Лена из «Детей Арбата» Рыбакова). И нередко расплачивались – бесплодием, удалением матки, а то и смертью.

А еще после запрета на аборты участились случаи детоубийств.


"Захар Прилепин. Уроки русского". Урок №50. Человек с яйцом, акварельный и несгибаемый. Made in USSR

Союз хрущевский, разрешающий

23 ноября 1955 года Указом Президиума Верховного Совета СССР «Об отмене запрещения абортов» искусственное прерывание беременности по желанию женщины было снова легализовано. При этом подпольные аборты оставались уголовно наказуемыми: врачу за такое могли дать год, а если пациентка умирала – и все восемь лет. Однако спрос на нелегальные прерывания беременности все-таки существовал. Дело в том, что после аборта в больнице в листке нетрудоспособности женщины писали слово «аборт»; не всем женщинам нравилось признаваться начальству в подобном шаге.

Пик искусственных прерываний беременности пришелся на 60-е, затем их количество начало уменьшаться.

Сегодня российские женщины имеют право прерывать беременность на сроке до 12 недель (по социальным показаниям – до 22 недель, а по медпоказаниям даже на большем сроке).


Использованные источники: https://www.eg.ru/society/369823/

О запрете абортов в России

У нас вновь возникла тема абортов, тема интересная и вообще показательная. Она много говорит о состоянии общества, да и о состоянии умов. Я вообще противник абортов, лучше бы их не было, лучше бы пользовались противозачаточными средствами, прежде чем заниматься сексом, лучше бы подумали. Но я категорический противник запретов абортов. Почему? Да потому что все равно их будут делать, но не легально, а у каких-нибудь бабок или сами себе с помощью вязальных спиц – и будут умирать. Хотите цифры? Пожалуйста.

В 1935 году, до запрета абортов, в городах СССР от прерывания беременности умерла 451 женщина. В 1936 году, когда запретили аборты, умерли вдвое больше – 909, а в 1940 году в десять раз больше – 4000.


К 80-летнему юбилею запрета абортов в СССР

Вообще аборт не большое удовольствие: когда их разрешили вновь в СССР в 1955 году, делали их без наркоза. Женщина идет на аборт от отчаяния. При доступности противозачаточных средств, при соответствующем общественном климате – при всем этом количество абортов снижается. Например, в 1991 году у нас в России было 3 млн 436 абортов, а в 2015 году – 848 тысяч. Это существенно меньше.

Конечно, есть страны, в которых аборты запрещены даже в случае, если установлено, что от родов женщина умрет. Это такие “прогрессивные страны”, такие как Ватикан, Андорра, Сан-Марино, Мальта, Доминиканская Республика, Эль Сальвадор, Никарагуа… да, и чуть не забыл – Польша. Есть целая туча стран Азии, в Африке и Латинской Америке, где аборты разрешены, только если роды угрожают жизни женщины, а если нет – то нет. Может, Россия присоединится к ним, вот будет “славно”.

Мне особенно нравится, когда мужчины требуют запрета абортов, вообще – когда мужчина решает этот вопрос. А среди мужчин еще больше меня радуют священники, что в Ватикане, что у нас. Им-то что, правда? Одним вообще запрещена близость с женщиной, ну а другие, скажем, переспали, забыв использовать презерватив или не пожелав – ничего, пусть баба рожает, на то она баба.

Похожие темы:
Аборт таблетками сколько кровит
Боли в яичнике после вакуумного аборта
Боли после аборта задержка месячных
Аборт с отрицательной группой
Аборты в красноярске быстро

Удачи вам.


Использованные источники: https://pozneronline.ru/2016/10/16990/

На протяжении почти двух десятилетий в СССР действовал запрет на проведение абортов. Данная политика, призванная, по мысли её инициаторов, дать позитивный демографический эффект и официально трактуемая в качестве меры по защите здоровья женщин, обернулась множеством трагедий. В свете новой попытки властей лишить женщину права на прерывание беременности анализ опыта сталинской борьбы с абортами представляется весьма поучительным.

Подготовка

В конце мая 1936 года в советской печати был опубликован проект Постановления Центрального исполнительного комитета и Совета народных комиссаров СССР «О запрещении абортов, увеличении материальной помощи роженицам, установлении государственной помощи многосемейным, расширении сети родильных домов, детских яслей и детских садов, усилении уголовного наказания за неплатёж алиментов и о некоторых изменениях в законодательстве о разводах».


ГОСУДАРСТВО ЛЕЗЕТ В ВАГИНУ: к чему приведёт запрет на аборты

Согласно этому проекту, для уличённых в совершении абортов женщин предполагались штрафы до 300 рублей, а для врачей и лиц, оказывающих подобные услуги вне медицинских учреждений, – тюремное заключение сроком от года до двух лет. В этом же документе предлагалось ужесточить законодательство о разводах: существенно повысить плату за регистрацию разводов – до 50 рублей за первый развод, 150 – за второй и 300 рублей за каждый последующий, а также обязать для регистрации развода присутствовать в судебном заседании обе стороны. Для сравнения, зарплата советского служащего тогда составляла примерно 450 рублей.

В качестве мер защиты материнства документ предлагал повысить размер алиментов до 30% заработка отсутствующего родителя за одного ребёнка, до 50% за двух и до 60% на трёх и более детей, а за уклонение от уплаты алиментов установить уголовное наказание – 2 года тюремного заключения. Определялись также пособия многодетным матерям – 2000 рублей в год для матерей с 7-ю детьми и доплаты за каждого последующего, предельная планка которых установлена в 5000 рублей, на которые могли рассчитывать матери, имеющие 11 детей и более[1].

Проект был опубликован в целях его «общенародного обсуждения», на которое отводился всего лишь месяц. Тогда как формально не числившееся в числе его инициаторов Политбюро ЦК ВКП(б) занималось в закрытом режиме обсуждением и разработкой проекта почти полтора года.

Впервые вопрос был вынесен на рассмотрение Политбюро 9 июля 1935 года с формулировкой «Закон о помощи рожающим женщинам»[2]. Тогда, по-видимому, и началась подготовка текста, рассмотренного в Политбюро спустя 9 месяцев, 9 марта 1936 года уже под заглавием «Закон о воспрещении абортов, помощи роженицам и расширении сети детских яслей и детских домов»[3]. В течение весны вопрос рассматривался ещё дважды, пока 20 мая не было принято наконец решение опубликовать проект для изучения общественной реакции.

О степени важности, которую придавало Политбюро данному вопросу свидетельствует не только длительная его подготовка, но и то, что в дебатах среди высшего партийного и государственного руководства приняли участие вдова Ленина, а на тот момент – заместитель наркома просвещения Надежда Крупская, нарком просвещения Андрей Бубнов, нарком юстиции Николай Крыленко, руководитель советских профсоюзов Николай Шверник, прокурор СССР Андрей Вышинский и другие ключевые фигуры.


Колыбельная (1937) документальный фильм

Для многих из тогдашних советских руководителей, большевиков с дореволюционным стажем, непосредственных организаторов Октябрьской революции, сама постановка вопроса о запрете абортов представлялась скандальной ревизией революционного наследия.

Надежда Крупская в статье «Война и деторождение» (1920 г.) писала:

В подобном духе тема аборта освещалась во всех советских словарях, учебниках, популярных статьях и брошюрах[6].

Похожие темы:
Аборт в день обращения красногорск
Аборт с христианской точки зрения
Аборт со второй отрицательной
Аборт с помощью спринцовки
Все о мифегине и медикаментозном аборте

Как сообщалось в «Большой советской энциклопедии», с момента провозглашения в советском государстве бесплатности и свободного характера абортов женская смертность от их последствий снизилась с 4 до 0,28%, т.е. в 14 раз. Этот факт официально популяризировался в качестве одного из достижений советской социальной политики. По мнению Игоря Кона, «до конца 1920-х гг. СССР занимал ведущие позиции в мире по изучению абортов и методов планирования семьи»[7]. И хотя с 1929 года статистика по абортам была в СССР засекречена, тема абортов до 1936 года освещалась во всех советских словарях, учебниках, популярных статьях и брошюрах в духе статьи Крупской[8].

Так что предложенный к всенародному обсуждению проект выглядел абсолютно сенсационным. Тем более, что социальные причины, толкающие женщин на избавление от плода к тому времени преодолены отнюдь не были, что не являлось тайной для руководителей государства.

Пойти на столь резкий поворот в семейной политике власти могли лишь в чрезвычайном положении. А оно как раз таким и было. В 30-е годы в связи с экономическими трудностями, и особенно – массовым голодом 1932-1933 годов в стране начинает неуклонно снижаться рождаемость. В середине 20-х население Советского союза прирастало на 4 млн. чел. в год. Если в 1928 году в стране рождалось 42, а умирало лишь 18 человек на тысячу, то к 1932 году рождаемость превысила смертность всего на 5,6%, а в 1933 году в городах европейской части России впервые был зафиксирован отрицательный демографический баланс[9].


Путин заявил, что в вопросе запрета абортов «ничего нельзя ломать через колено»

Запрет абортов, усложнение условий развода, введение почётных званий для многодетных матерей представляли собой попытку решить эту проблему наскоком. Попытку, которая вызвала такое раздражение, что даже в условиях середины 30-х находились люди, готовые критиковать её вслух.

Всенародное обсуждение

Хотя майская публикация была представлена как приглашение к всенародному обсуждению, документ при этом, о чём не сообщалось, отражал позицию большинства Политбюро ЦК ВКП (б), а потому наиболее заметные и влиятельные из его противников, такие как Надежда Крупская и Александра Коллонтай, не имели возможности выступать с публичной критикой, подчиняясь принятым тогда понятиям о партийной дисциплине.

По мнению американского исследователя истории сталинизма Шейлы Фитцпатрик, обсуждения проекта в коллективах предприятий зачастую рассматривались работниками как формальная повинность – люди понимали, что у правительства уже есть определённое мнение, выступать против которого себе дороже. Тем не менее, критические высказывания попадали даже на страницы центральной прессы.

На материалы о дискуссии, публикуемые советской прессой, обратил внимания и Лев Троцкий, некогда главный конкурент Сталина в борьбе за политическое руководство в правящей партии. Дискуссия о запрете абортов застаёт изгнанника в Норвегии, в разгар работы над книгой «Преданная революция», в которой он даёт развёрнутый комментарий происходящему:

Впрочем, обличительный пафос Троцкого был адресован главным образом зарубежной аудитории, подавляющее большинство советских граждан не имели возможности ознакомиться с его высказываниями, так что на ход дискуссии они никак не повлияли.


Юбилей оболганного постановления

27 июня 1936 года Политбюро первым пунктом повестки дня ставит вопрос «Об итогах обсуждения законопроекта о запрещении абортов»[12]. На заседании происходит утверждение окончательного варианта постановления, которое в тот же день формально утверждает ЦИК и Совнарком.

В итоговом тексте постановления из всех высказанных в ходе дискуссии предложений были принято только два – право на аборт получили женщины, имеющие наследственные заболевания, а размер алиментов понижен до четверти зарплаты на одного ребёнка, до трети – на двух и до половины на трёх и более детей.

В соответствии с принятым постановлением была изменена 140 статья Уголовного кодекса РСФСР[13]. Отныне для предоставления женщинам права на аборт мнения лечащих врачей оказывалось недостаточно – требовалось разрешение специальных комиссий, которые разрешения эти давали весьма неохотно, опасаясь уголовного преследования.

Вслед за запретом абортов появилось секретное постановление Наркомздрава об изъятии из торговой сети всех противозачаточных средств[14].

Вопреки запрету

И до запрета абортов в СССР была широко распространена практика их производства вне стен медицинских учреждений, что создаёт затруднения при установлении реальной картины. После 1936 года подсчёты становятся ещё менее точными. Не вызывает никаких сомнений лишь тот факт, что за некоторым снижением числа абортов, которое наблюдалось в первый год действия постановления, затем эта цифра начала расти.


Запретить аборты. Время покажет. Фрагмент выпуска от 19.02.2020

Даже в сталинские годы проблема роста числа нелегальных абортов признавалась и даже обсуждалась в печати. Так, проф. Шаргородский в увидевшей свет в 1947 монографии «Преступления против жизни и здоровья», не приводя абсолютных цифр и взяв за 100% число абортов, зарегистрированных в 1935 году, показывает следующую динамику зарегистрированных абортов:

Годы
Проценты
1935
100
1936
58
1937
26
1938
33
1939
40
1940
35

«При оценке этих данных, — считает автор, — следует раньше всего отметить, что наибольшее сокращение абортов имело место в 1937 г., а затем отмечался некоторый рост, который тогда привлек к себе внимание органов, ведущих борьбу с абортами. Должно также иметь в виду, что запрещение абортов имело своим результатом в годы 1937—1941 увеличение числа незаконных абортов, производимых вне больничных учреждений, эти аборты хотя в значительной степени и регистрируются, но, конечно, многие аборты остаются неизвестными даже медицинским органам. Из числа  зарегистрированных  абортов было в  (процентах):

Годы
В медицинских учреждениях
Вне их (недозволенные аборты)
Всего
(в процентах)
1935
85
15
100
1936
68
32
100
1937
9
91
100
1938
11
89
100
1939
16
84
100

Ясно, что многие случаи абортов, особенно производимых на ранних стадиях беременности, в эту статистику не попали»[15].


«История болезни». Аборты

Понять порядок цифр, который не мог по понятным причинам показывать Шаргородский, можно из сводки Отдела судебной статистики Верховного суда СССР, подготовленной в 1955 г. По данным материалов сводки видно, что за 1937-1954 и первое полугодие 1955 года за нелегальные аборты было привлечено к уголовной ответственности 63280 врачей и 349092 беременных женщин. В разбивке по годам картина выглядит следующим образом:

Годы
Запрещенный аборт
Врачей
Беременных женщин
1937
3299
3755
1938
3057
4019
1939
2424
7959
1940
2533
9215
1941
3490
17021
1942
902
2876
1943
882
2211
1944
1476
3306
1945
2355
4221
1946
3295
10845
1947
2898
11193
1948
4148
20233
1949
5781
33772
1950
5477
43213
1951
5855
56193
1952
6380
64865
1953
3812
54195
1954
3731
1 полугодие 1955
1485
Статистические данные Отдела судебной статистики Верховного Суда СССР о числе осуждённых по Союзу ССР за 1937-1954 гг. и I полугодие 1955 г. (кроме осуждённых специальными судами). Извлечение[16].

Интересно отметить, что в первые годы действия запрета число привлечённых к ответственности врачей и пациенток примерно совпадает, в предвоенные годы пропорция начинает меняться – на одного врача приходится уже 3-4 пациентки, в военное время количество привлечённых к ответственности по этим статьям падает, а затем начинает снова расти, как начинает расти и количество привлечённых к ответственности женщин на одного врача, достигнув в начале 50-х соотношения примерно 1 к 10. Снижение количества привлечённых к суду в военное время вероятно, может быть вызвано тем, что в этот период органы внутренних дел могли более лояльно относиться к такого рода правонарушениям. Тенденция же к изменению соотношения врачей и беременных женщин, показывает, первое время следственные органы не проводили тщательных расследований и передавали дела на врачей в суд на основании лишь одного факта аборта, но затем начали добиваться от попавших к ним врачей информации по другим случаям. Интересно также, что самое большое количество привлечённых к ответственности врачей приходится на 1952 год, совпадая по времени с печально известными «делом врачей» и государственной антисемитской кампанией.

Отдельные сведения, приводимые в письме заместителя начальника Центрального управления народно-хозяйственного учёта Госплата СССР В. Старовского Председателю Госплана СССР Н.А. Вознесенскому ещё более проясняют картину:


60 минут. Нужен ли запрет абортов в России? От 28.09.16

При этом, по информации главного статистического ведомства росло и относительное число абортов в сравнении с количеством родовспоможений, с 1937 по 1939 год эта цифра выросла с 21,2 случая абортов на сотню деторождений до 29,5. Из 722,9 тыс. зарегистрированных в 1939 году абортов 656,4 тысячи, т.е. 90,8% были начаты вне лечебных учреждений.

Таким образом, за время действия закона, запрещающего аборт, не менее полумиллиона женщин ежегодно оказывались в лечебных учреждениях в результате последствий подпольных абортов.

Характерно письмо ташкентской комсомолки Н. Браун М.И. Калинину, зарегистрированное 27 апреля 1937 года:

Письмо комсомолки Браун показывает, что риск врачей, которым производство абортов грозило реальными тюремными сроками, делал эту услугу непозволительно дорогой для молодых девушек. В то время как получить официальное разрешение на аборт оказывалось весьма затруднительно:

О причинах, которые побуждали комиссии, выдающие разрешения на производство аборта, их работники вполне откровенно признавались людям, в них обращавшимся. Рабочий-электромонтёр Ленинградского завода им. Ворошилова П.Г. Агафонов, жену которого о нежелательности повторных родов в связи с пороком сердца предупреждали лучшие акушеры города, но работники абортных комиссий отказывались выписывать соответствующий документ, так рассказывал об этом в письме М.И. Калинину:

Ни письмо рабочего Агафонова, ни письмо комсомолки Браун на политику власти влияния не оказали. Да и направлены они были не по адресу – политическое решение принималось не Калининым, а Политбюро ЦК ВКП(б), сам же всесоюзный староста даже не принимал участия в подготовке документа.

Однако, на низовом уровне сопротивление одиозному постановлению выражалось в его массовом невыполнении врачами и работниками следственных органов, что в условиях сталинской поры требовало от них большого мужества.

В. Старовский доводит до сведения председателя Госплана, как росло по годам количество разрешений, выдаваемых абортными комиссиями, несмотря на очевидный в данном случае риск, уже в течение первых трёх лет после появления постановления:

Сообщает Старовский и о невыполнении постановления в части уголовного преследования женщин, решившихся на нелегальный аборт: «По отдельным республикам количество дел, переданных прокурору для привлечения к уголовной ответственности за производство искусственных абортов, составляет меньше, чем 50% от общего числа установленных искусственных абортов. По Узбекской ССР – 46,4%, Киргизской ССР – 48,3%, Казахская ССР – 49,2%%»[21]. Однако, в данном случае он воздерживается от указания абсолютных цифр по стране – и это не случайно. Сравнение приведённых им же данных с вышеприведёнными цифрами Отдела судебной статистики Верховного суда СССР показывает, что в 1939 году в целом по стране на 656400 зарегистрированных случаев нелегального производства аборта пришлось лишь 7959 случаев заведения в отношении совершивших аборт женщин уголовных дел.

Т.е. реально средняя по стране цифра возбуждения уголовного дела по зафиксированному факту незаконного аборта составляла 1,2%, а упомянутые в его записке Узбекистан, Киргизия и Казахстан являлись по всей видимости рекордсменами не по нарушению, а по выполнению закона об уголовной ответственности, данные о которых, хоть с точки зрения тогдашней законности и выглядят неприглядно, но в то же время – не столь вопиюще, как 1,2%.

В результате уже к началу Второй мировой войны число произведённых в СССР абортов почти сравнялось вышло на уровень, отмечавшийся до принятия запрещающего постановления[22].

Поскольку запрет на проведение абортов по факту не действовал, а лишь создавал для женщин дополнительные проблемы, негативно влияющие на их здоровье, ожидаемого демографического результата данная кампания не принесла. Кратковременный эффект наблюдался лишь в течение первого года действия постановления. В 1937 году в Москве родилось 136 тысяч детей, почти вдвое больше 70 тыс., рождённых в 1935[23]. Среднесрочный результат оказался менее внушительным. Если в 1935 году средняя рождаемость в советских городах составляла 25 младенцев на 1000 человек, к 1940 году эта цифра выросла до почти 31 младенца[24]. Однако, в сельской местности по ряду причин, в том числе – в связи с низким уровнем медицинского обслуживания, количество деторождений продолжало падать. Если в 1925 году на в стране было зарегистрировано 6,8 деторождений на одну женщину, то к 1940 году этот показатель составил уже лишь 2,55[25].

Инициированный руководством ВКП (б) запрет на производство абортов потребовал столь серьёзной ревизии идеологических установок большевистской партии, что для его введения власти пришлось имитировать «широкое общенародное обсуждение», попытаться представить дело таким образом, будто речь идёт о требовании «снизу». Однако, уловка эта провалилась – с момента публикации проекта постановления всем было очевидно – это готовая позиция правительства, повлиять на которую вряд ли возможно.

После вступления в силу постановление оказалось фактически не работающим в части уголовного преследования решившихся на нелегальный аборт женщин – лишь не более полутора процентов зарегистрированных случаев незаконного аборта доводились до суда. Однако, жёсткая мера наказания (тюремное заключение сроком до трёх лет), предусмотренная для врачей, вызвала, с учётом риска – серьёзное повышение платы, взимаемой за подобнее операции. Решаясь на аборт в силу отсутствия средств на и воспитания ребёнка, многие женщины к тому же не могли себе позволить и оплату услуг квалифицированных врачей, а потому вынуждены были прибегать к опасным для здоровья сомнительным услугам неспециалистов, либо действовать самостоятельно, «народными средствами». В результате из сотен тысяч ежегодно регистрируемых случаев абортов, 90% оказывались выявлены и попали в государственную статистику в связи с тем, что женщинам требовалось лечение от последствий аборта, начатого вне стен медицинского учреждения.

Практика применения постановления о запрещении абортов довольно быстро вызвала у врачей и работников правоохранительных органов полное его неприятие, однако отменить его стало возможно лишь после смерти И.В. Сталина.

Обусловленное стремлением к сокращению социальных издержек намерение современных проправительственных партий вывести аборт по социальным показаниям из перечня бесплатных медицинских услуг неизбежно в рыночных условиях приведёт к существенному росту спроса в платных клиниках, а следовательно – к росту расценок в коммерческих медицинских учреждениях. В свою очередь, результат предположить нетрудно – а именно очередное увеличение случаев непрофессионального вмешательства. Так что данная мера, снова представляемая в качестве меры по защите здоровья женщин и улучшения демографической ситуации, очевидно, вызовет прямо противоположные последствия.

Сергей Козловский.

[1]Фитцпатрик Ш. Повседневный сталинизм. Социальная история Советской России и 30-е годы: город. – М.: РОССПЭН, 2008., с. 184.
[2] Политбюро ЦК РКП (б) – ВКП (б). Повестки дня заседаний. 1919 – 1952: Каталог / Т. II. 1930-1939. – М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2001, с. 671.
[3] Там же, с. 738.
[4] Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Т. 23. – М.: Государственное издательство политической литературы, 1961., с. 257.
[5] Крупская Н.К. Педагогические сочинения. Т. 6. – М.: Издательство академии педагогических наук, 1959. Цит. по: http://publ.lib.ru/ARCHIVES/K/KRUPSKAYA_Nadejda_Konstantinovna/
[6] См., напр. статью «Аборт» из «Малой советской энциклопедии» 1930 года. http://malayaencyklopediya.com/tom1/15.php
[7] Кон И.С. Сексуальная культура в России: клубничка на берёзке. – М.: ОНИ, 1997., с. 299.
[8] См., напр. статью «Аборт» из «Малой советской энциклопедии» 1930 года. http://malayaencyklopediya.com/tom1/15.php
[9] Левин М. Советский век. – М.: Издательство «Европа», 2008., с. 118.
[10] Фитцпатрик Ш. Цит. соч., с. 185.
[11] Троцкий Л.Д. Преданная революция. – М.: НИИ культуры, 1991., с. 126.
[12] Политбюро ЦК РКП (б) — ВКП (б)…, с. 768.
[13] http://www.bestpravo.ru/sssr/eh-akty/x1r.htm
[14] Соломон П. Советская юстиция при Сталине. М., 1998., с. 212.
[15] Шаргородский М. Преступления против жизни и здоровья. – М., 1947., с. 411; http://www.pravo.vuzlib.org/book_z995_page_39.html
[16] История сталинского Гулага. Конец 1920-х – первая половина 1950-х годов: Собрание документов в 7-ми томах / Т. 1. Массовые репрессии в СССР / Отв. ред. Н. Верт, С.В. Мироненко. Отв. сост. И.А. Зюзина. – М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2004., с. 615.
[17] Советская повседневность и массовое сознание. 1939-1945 / Сост. А.Я. Лившин, И.Б. Орлов. – М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2003., с. 250.
[18] Письма во власть. 1928-1939: Заявления, жалобы, доносы, письма в государственные структуры и советским вождям. – М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2002., с. 346-347.
[19] Там же, с. 346.
[20]Там же., с. 349-350.
[21] Советская повседневность и массовое сознание…, с. 250-251.
[22] Соломон П. Цит. соч., с. 203, 208.
[23] Сакевич В.И. Что было после запрета аборта в 1936 году // http://demoscope.ru/weekly/2005/0221/reprod01.php.
[24] Фитцпатрик Ш. Цит. соч., с. 187
[25] Вишневский А. Демография сталинской эпохи // http://demoscope.ru/weekly/2003/0103/tema04.php

Использованные источники: http://anticapitalist.ru/2016/10/04/%D0%BA%D0%B0%D0%BA-%D1%81%D1%82%D0%B0%D0%BB%D0%B8%D0%BD-%D0%B1%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%BB%D1%81%D1%8F-%D1%81-%D0%B0%D0%B1%D0%BE%D1%80%D1%82%D0%B0%D0%BC%D0%B8/

1
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
britania-ekb.ru

Комментарии закрыты.