Перейти к контенту
britania-ekb.ru

britania-ekb.ru

Медицинский портал

1 незаконное производство аборта

Рубрика: АбортАвтор:

Современная уголовная политика в отношении абортов

(Капинус О. С., Додонов В. Н.) («Буквовед», 2008)

СОВРЕМЕННАЯ УГОЛОВНАЯ ПОЛИТИКА В ОТНОШЕНИИ АБОРТОВ

О. С. КАПИНУС, В. Н. ДОДОНОВ


В аптеках Актау свободно продают таблетки для аборта

Капинус Оксана Сергеевна, доктор юридических наук, ведущий научный сотрудник Научно-исследовательского института Академии Генеральной прокуратуры РФ, профессор кафедры адвокатуры и прав человека Института международного права и экономики имени А. С. Грибоедова, специалист в области уголовного и конституционного права, автор 70 публикаций общим объемом свыше 300 п. л. Основные научные труды: «Убийство: мотивы и цели» (М., 2004); «Эвтаназия как социально-правовое явление» (М., 2006); «Эвтаназия в свете права на жизнь» (М., 2006).

Додонов В. Н., кандидат юридических наук.

В современном мире допустимость абортов <1> и ее пределы — одна из наиболее дискуссионных проблем, включающих религиозные, этические, медицинские, социальные и правовые аспекты. В некоторых странах (например, в США, Польше) она приобрела такую остроту, что вызвала раскол и ожесточенное противостояние в обществе. ——————————— <1> Лат. abortus — выкидыш (в медицине) — искусственное прерывание беременности путем умерщвления живого плода в матке в сроки до 28 недель от зачатия (т. е. до момента, когда возможно рождение жизнеспособного плода).

Похожие темы:
Аборт на пятом месяце
Аборт в 41 год
Аборты в курске адреса
Аборт при загибе матки
Аборт все о нем и фото
Аборт это большой грех
Аборты по регионам россии

По оценкам специалистов, ежегодно в мире совершается около 50 млн. абортов <1>, треть из которых делается незаконно <2>. Подлинным социальным злом являются последствия аборта для здоровья женщины. Особенно вредоносен для женщины аборт при первой беременности <3>. В результате ежегодно в мире гибнет от 70 до 200 тыс. женщин <4>. ——————————— <1> Jacobson Jodi L. The Global Politics of Abortion // Worldwatch Paper 97. July 1990. P. 6. <2> Santi Conly et al. Expanding Access to Safe Aborting // Population Action International. 1993. <3> В России об этом говорится в Приказе Минздрава СССР от 22 апреля 1981 г. N 430. <4> Там же.

Юридическая сторона проблемы искусственного прерывания беременности заключается в возникающей сложной коллизии прав. Право индивидуума (женщины) распоряжаться своим телом и планировать семью вступает в противоречие с интересами государства и общества (охрана здоровья и репродуктивного потенциала нации), а также, по мнению многих, с правами зачатого ребенка. В частности, отечественный исследователь А. П. Попов пишет: «Жизнь человека начинается не с момента рождения, а с момента зачатия. Уже первая клетка — зигота является неповторимой личностью и содержит полную информацию о человеке: пол, рост, цвет волос, черты лица, группу крови и другие особенности. Несколько дней после зачатия ребенка формируются дыхательные органы. Сердце начинает биться через 18 дней, после 21 дня начинает работать его особая система кровообращения, кровь ребенка не смешивается с кровью матери и может отличаться от нее по кровяной группе. В течение всего внутриутробного развития новый человеческий организм нельзя считать частью тела матери. Нельзя его сопоставлять с организмом матери. Поэтому ясно, что аборт в любой стадии беременности является намеренным прекращением жизни человека как биологического индивидуума» <1>. ——————————— <1> Проф. Др. Станка Степанович. Юридический факультет, Сербское Сараево. Право неродившегося ребенка на жизнь — ortodoxy. ru/.

Более категорична позиция ряда зарубежных специалистов, согласно которой аборт представляет собой не просто безвредное прерывание беременности, но преднамеренное убийство. Точка зрения выступающих против абортов медиков согласуется с текстом клятвы Гиппократа (V — IV вв. до н. э.), содержащей следующее обязательство врача: «Я никогда не дам женщине абортивного средства». Выводы современной медицины, заключающиеся в признании аборта убийством человека, соответствуют позиции христианских конфессий, в частности позиции православия, за которым признается особая роль в истории России, в становлении ее духовности и культуры <1>. Так, согласно разделам XII.2 и XIII.3 Основ социальной концепции Русской Православной Церкви «Церковь с древнейших времен рассматривает намеренное прерывание беременности (аборт) как тяжкий грех» <2>. ——————————— <1> См.: Преамбула Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» // СЗ РФ. 1997. N 39. Ст. 4465. <2> Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. М., 2001. С. 90.


Автоматическая линия для производства одноразовых медицинских масок. Модель AMF 100ZH ч.1

Однако большинство российских и зарубежных правоведов, а равно правовые нормы отнюдь не признают за человеческим зародышем субъективные права: человек становится субъектом права лишь в том случае, если он родится, и притом родится живым. При этом часть авторов полагает, что зачатый ребенок (насцитурус) наделен условной гражданской правоспособностью; другие же склоняются к тому, что закон просто охраняет будущие права насцитуруса, не признавая его правоспособным лицом. То есть, по их мнению, закон гарантирует охрану прав лишь будущего человека, — тех прав, которые возникнут у него в будущем, в случае рождения живым <1>. ——————————— <1> Такой позиции придерживались, в частности, отечественные дореволюционные правоведы (например, В. М. Хвостов), а также более поздние исследователи гражданского права, в числе которых В. И. Серебровский, Я. Р. Веберс (см.: Серебровский В. И. Избранные труды по наследственному и страховому праву. М., 1997.; Хвостов В. М. Система римского права. М., 1996. С. 92; Веберс Я. Р. Правосубъектность граждан в советском гражданском праве и семейном праве. Рига, 1975. С. 184).

Не способствуют единообразному пониманию рассматриваемой проблемы и международно-правовые акты. Прежде всего, следует обратить внимание на преамбулу Конвенции о правах ребенка (принята Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН от 20 ноября 1989 г.), согласно которой государства — участники Конвенции, в том числе Россия, принимают во внимание, что «ребенок, ввиду его физической и умственной незрелости, нуждается в надлежащей правовой защите как до, так и после рождения». Кроме того, в ст. 1 Конвенции, согласно которой «ребенком признается каждое человеческое существо до достижения 18-летнего возраста», не установлен начальный момент, с которого следует признать человеческое существо ребенком. По смыслу приведенной статьи ребенком является не только рожденное человеческое существо, но также и то, которое еще находится в материнской утробе, не появилось на свет <1>. ——————————— <1> Аналогичного толкования придерживается и К. А. Чернега. См.: Гражданин и право. 2002. N 9 — 10.

Укрепляют эту позицию и международные этические нормы. В частности, Декларация ВМА «О медицинских абортах» (принята 2-й Генеральной Ассамблеей ВМА в сентябре 1948 г., дополнена 35-й Ассамблеей ВМА в октябре 1985 г.), которая провозглашает в качестве основополагающего морального принципа врача «уважение к человеческой жизни с момента ее зачатия». Этот этический принцип, к сожалению, проигнорирован актами медицинского права России. Предусмотренная ст. 60 Основ клятва врача, равно как и Этический кодекс российского врача, даже не декларируют уважения к человеческой жизни с момента зачатия человека. Вместе с тем в ст. 16 Международного пакта о гражданских и политических правах, ст. 6 Всеобщей декларации прав человека закреплен лишь следующий принцип: «Каждый человек, где бы он ни находился, имеет право на признание его правосубъектности», исходя из логического толкования которого можно сделать вывод, что и они признают правосубъектным только уже родившегося человека, а не эмбрион. Аналогичное и в региональных международных документах. Очевидное исключение составляет Американская конвенция о правах человека, где в ст. 4, закрепляющей право на жизнь, прямо указывается: «Это право защищается законом, как правило, с момента зачатия», свидетельствуя о том, что момент возникновения этого основополагающего права человека иной, чем установлено в общем порядке.

Исторический аспект

Материнство охраняется обществом и находится под защитой закона с древнейших времен. Именно с посягательством на материнство прежде всего связана юридическая ответственность постороннего лица и самой беременной женщины за производство аборта. Не менее древней причиной преследования абортов следует считать защиту права на жизнь неродившегося ребенка. Еще в Древнем Риме существовали нормы, в известной степени свидетельствующие о том, что гражданская правоспособность возникает у человека еще до рождения. Речь идет о положении, предусмотренном Законом XII таблиц, согласно которому ребенок, родившийся после смерти отца-наследодателя, считался наследником и в силу этого мог быть упомянут в завещании. Впоследствии аналогичное положение было закреплено в более поздних правовых источниках — Институциях Гая и Дигестах Юстиниана. Кроме того, по закону Юния Веллея (26 г. н. э.) в целях охраны наследственных прав человеческого зародыша ему по просьбе беременной матери назначался попечитель, уполномоченный управлять имуществом, которое должно унаследовать дитя в случае рождения <1>. Неслучайно на рубеже II — III вв. римский юрист и богослов Тертуллиан писал: «Тот, кто будет человеком, уже человек» <2>. ——————————— <1> Дождев Д. В. Римское частное право: Учебник для вузов. М., 1996. С. 589. <2> Тертуллиан К. С.Ф. Апология VIII в. Т. 8: Богословские труды. Сб. 25. М., 1984. С. 181.


Китайский аналог не нужен: в Тамбове выпускают материал для пошива медицинских масок - Россия 24

Приведенные нормы латинских правовых источников были приняты странами романо-германской правовой системы <1>. ——————————— <1> См.: Чернега К. А. Гражданин и право. 2002. N 9 — 10.

В европейских и многих других культурах аборт на протяжении столетий рассматривался как одно из тяжких преступлений, при этом наказанию подлежали как лицо, его производившее, так и сама женщина, избавившаяся или пытающаяся избавиться от бремени. Уже в эпоху раннего христианства умерщвление плода отождествлялось с убийством человека. В Средние века такие действия квалифицировались как тяжкое преступление, аналогичное убийству родственника. Под влиянием Церкви в XVI в. почти во всех европейских странах (Англия, Германия, Франция) производство аборта каралось смертной казнью, которая впоследствии была заменена каторжными работами и тюремным заключением. В России смертная казнь за изгнание плода была введена в 1649 г. и отменена столетие спустя. В царском Уложении о наказаниях 1845 г. аборт рассматривался в главе о смертоубийстве и влек от 4 до 6 лет заключения. Английский Закон 1861 г. допускал в качестве максимального наказания за аборт применение пожизненной каторги (минимальный срок — три года каторжных работ) <1>. В Китае и Японии аборты были криминализированы под европейским влиянием только в конце XIX в. ——————————— <1> Уголовное право. Особенная часть. М.: Юридическое издательство НКЮ СССР, 1939. С. 191.

Лишь в XX в. в законодательствах начался процесс, отражающий более либеральный подход к абортам. Первым государством, легализовавшим аборт по просьбе, стала советская Россия (1920 г.). В 50-е гг. аборты были разрешены в странах Центральной и Восточной Европы, в 60 — 70-е гг. — в большинстве других развитых стран мира. В настоящее время почти во всех странах Европы и большинстве других стран мира разрешается производство абортов в интересах охраны здоровья женщины (из 193 стран мира аборт разрешен для спасения жизни женщины в 189 странах, для охраны здоровья — в 122 странах, при изнасиловании — в 83 странах, по социальным показаниям — в 63 странах, по простому желанию женщины — в 52 странах). При аборте право женщины самостоятельно решать вопрос о беременности вступает в противоречие с правом на жизнь у зачатого ребенка. Поэтому производство аборта по мотивам, не связанным с охраной здоровья, во многих странах не встречает поддержки по этическим, политико-правовым и иным основаниям. Тем не менее законодатель в ряде государств признал за женщиной право на аборт в течение первых 12 недель беременности без объяснения причин (Австрия, Бельгия, Германия, Дания, Норвегия). В Швеции временная граница пользования этим правом увеличена до 18 недель беременности <1>. ——————————— <1> Юридический энциклопедический словарь. М.: ИНФРА-М, 2000. С. 1.

Похожие темы:
Аборты в россии 2012 год
Аборт на 6 дней раньше
Аборт по медицинским показаниям форум
Возможно ли забеременеть сразу же после аборта
Девочка умерла на аборте
Вопрос священнику про аборт
Аборт на 9 тижнів

В США (где проблема допустимости абортов стоит особенно остро) Верховный суд в 1973 г. признал неограниченное право женщины на производство аборта в течение первых трех месяцев беременности, если она найдет официального врача, который готов сделать операцию, но в некоторых штатах попытались ограничить это право женщины путем принятия собственных законов. В новом Постановлении 1983 г. Верховный суд США объявил эти законы антиконституционными.

Право на аборты в России

К сожалению, мы занимаем первое место в мире по числу искусственных абортов, намного опережая другие страны <1>. Запрет на производство абортов, введенный в 1936 г., был снят в СССР в 1955 г. На сегодняшний день в российском законодательстве, с одной стороны, отсутствуют единые критерии определения правового статуса человеческого эмбриона, а с другой — наши законы в данном вопросе едва ли не самые либеральные в мире. ——————————— <1> Дргонец Ян, Холлендер Павел. Современная медицина и право. М.: Юридическая литература, 1991. С. 198. Число абортов на 1000 женщин детородного возраста составляет: в России — 83, в Германии — 5,1, Австрии — 7,7, во Франции — 13,8. Всего в России делается 3,5 млн. абортов в год, в США — 1,5 млн. абортов (Право на смертную казнь: Сборник статей / Под ред. А. В. Мялько. М.: Юридическая фирма «Частное право», 2004. С. 126).


Им закон не писан: в столице обнаружены десятки незаконных хостелов - Россия 24

Правовая легализация абортов базируется на ч. 2 ст. 17 Конституции РФ, согласно которой «основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения». Это означает, что Конституция РФ связывает возникновение прав и свобод с определенным юридическим фактом — фактом рождения. Правовое регулирование искусственного прерывания беременности (аборта) осуществляется двумя федеральными законами. Речь идет об Основах законодательства РФ об охране здоровья граждан (далее — Основы) и об Уголовном кодексе РФ. Наряду с этими документами действует ряд нормативных правовых актов, в числе которых — Постановление Правительства РФ от 11 августа 2003 г. N 485 «О перечне социальных показаний для искусственного прерывания беременности» и Приказ Министерства здравоохранения РФ от 14 октября 2003 г. N 484 «Об утверждении инструкций о порядке разрешения искусственного прерывания беременности в поздние сроки по социальным показаниям и проведения операции искусственного прерывания беременности». В соответствии со ст. 36 Основ «каждая женщина имеет право самостоятельно решать вопрос о материнстве <…> Искусственное прерывание беременности проводится по желанию женщины при сроке беременности до 12 недель, по социальным показаниям — при сроке беременности до 22 недель, а при наличии медицинских показаний и согласия женщины — независимо от срока беременности. Искусственное прерывание беременности проводится в рамках программ обязательного медицинского страхования в учреждениях, получивших лицензию на указанный вид деятельности, врачами, имеющими специальную подготовку» <1>. ——————————— <1> Основы законодательства Российской Федерации «Об охране здоровья граждан» от 22 июля 1993 г. N 5487-1; Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ. 1993. N 33. Ст. 1318.

Таким образом, при сроке беременности до 12 недель человеческий зародыш может быть законно умерщвлен по любым основаниям, независимо от медицинских и социальных показателей для этого акта. При наличии медицинских показаний жизнь человеческого плода вообще не составляет предмета правовой охраны: мать, а в некоторых случаях врачи вольны распорядиться этой жизнью по собственному усмотрению. К числу медицинских показаний искусственного прерывания беременности <1> относятся, в частности, такие, которые могут повлечь неполноценность будущего ребенка. А именно: острые и подострые воспалительные заболевания женских половых органов; острые воспалительные процессы любой локализации; острые инфекционные заболевания. В данном случае речь идет о евгеническом аборте (от слова евгеника — наука, отстаивающая селекцию человека), который совершается с целью не допустить рождения неполноценных детей, в целях избавления их от тягот жизни, а также во избежание излишних тягот для семьи и общества. ——————————— <1> См.: Приказ Минздрава России от 14 октября 2003 г. N 484.

Между тем международно-правовые установления гарантируют соблюдение прав неполноценных детей. Так, в силу п. 2 ст. 23 Конвенции о правах ребенка государства — участники Конвенции признают право неполноценного ребенка на особую заботу, а п. 4 Декларации о правах инвалидов (провозглашенной Резолюцией 3447 (XXX) Генеральной Ассамблеи от 9 декабря 1975 г.) и п. 1 Декларации о правах умственно отсталых лиц (провозглашена Резолюцией 2856 (XXVI) Генеральной Ассамблеи от 20 декабря 1971 г.) провозглашают, что инвалиды и умственно отсталые лица имеют те же права, что и другие лица. Кроме того, уже упомянутая нами Инструкция Минздрава России содержит следующее положение: «При наличии других противопоказаний (заболевания, состояния, при которых прерывание беременности угрожает жизни или наносит серьезный ущерб здоровью) вопрос решается индивидуально в каждом конкретном случае». При такой законодательной постановке вопроса напрашивается вывод о том, что в качестве медицинских показаний для аборта может выступать, по сути, любая болезнь, поскольку практически любое заболевание может угрожать здоровью беременной женщины. При наличии социальных показаний человеческий зародыш может быть умерщвлен при сроке беременности до 22 недель. Впервые социальные показания для искусственного прерывания беременности были утверждены 31 декабря 1987 г. Приказом Минздрава СССР N 1324, в котором содержался перечень немедицинских (т. е. социальных) показаний для прерывания беременности на сроках от 13 до 28 недель: смерть мужа во время беременности жены, пребывание женщины (ее мужа) в местах лишения свободы, лишение прав материнства, многодетность (число детей свыше пяти), развод во время беременности, инвалидность у ребенка. Ныне действующий перечень социальных показаний для искусственного прерывания беременности, содержащийся в Приказе Минздрава России от 14 октября 2003 г. N 484, включает наличие решения суда о лишении или об ограничении родительских прав; беременность в результате изнасилования; пребывание женщины в местах лишения свободы; наличие инвалидности I — II группы у мужа или смерть мужа во время беременности.

Современная уголовная политика в отношении абортов

Нормы, касающиеся аборта, имеются в уголовном законодательстве всех без исключения стран мира. В ряде государств соответствующие уголовно-правовые нормы содержатся в специальных законах (Дания, Швеция, Франция <1>). ——————————— <1> Во Франции Законом от 4 июля 2001 г. нормы о незаконном прерывании беременности были изъяты из УК и перенесены в Кодекс законов о здравоохранении.


В подмосковном Подольске пресечено незаконное производство алкоголя

Однако уголовная политика в отношении абортов и конкретный состав наказуемых деяний в современных странах чрезвычайно различаются в зависимости от отношения данного государства и общества к проблеме искусственного прерывания беременности. В этом смысле все государства можно разделить на четыре группы: 1. Полное запрещение. То есть производство аборта считается преступлением против внутриутробной жизни и приравнивается к убийству. В Афганистане, Анголе, Бангладеш, Венесуэле, Гватемале, Гондурасе, Египте, Индонезии, Ираке, Иране, Ирландии, Йемене, Колумбии, Ливане, Ливии, Мавритании, Мали, Непале, Никарагуа, ОАЭ, Омане, Парагвае, Папуа Новой Гвинее, Сальвадоре, Сирии, Чили, на Филиппинах аборты полностью запрещены. 2. Разрешение абортов по медицинским показаниям и в других исключительных случаях. В Алжире, Аргентине, Боливии, Бразилии, Гане, Израиле, Кении, Коста-Рике, Марокко, Мексике, Нигерии, Пакистане, Перу, Польше, Уругвае разрешены аборты только при угрозе жизни и здоровью женщины, т. е. только по медицинским показаниям. В Испании аборт допускается только на ранних сроках (до 12 недель) в случаях, если беременность явилась результатом сексуального насилия, у плода обнаружены серьезные аномалии, есть угроза жизни, физическому и психическому здоровью женщины. Похожий закон действует в Португалии. 3. Разрешение абортов по медицинским и социально-экономическим показаниям. В Англии, Индии, Исландии, Люксембурге, Финляндии, Японии аборты разрешены только по медицинским и социально-экономическим показаниям, а также в случаях изнасилования. 4. Свобода аборта. В наиболее либеральной группе стран законодатель исходит из признания права женщины самостоятельно решать вопрос о беременности. Уголовная политика направлена здесь на охрану здоровья женщины, т. е. наказуемы только внебольничные и поздние аборты. Аборты «по желанию» на ранних стадиях беременности разрешены в странах СНГ и Балтии, бывших югославских республиках, Австралии, Австрии, Албании, Бельгии, Болгарии, Венгрии, Вьетнаме, Германии, Греции, Дании, Италии, Камбодже, Канаде, КНР, на Кубе, в Монголии, Нидерландах, Норвегии, Румынии, Сингапуре, Словакии, США, Тунисе, Турции, Франции, Чехии, Швеции, ЮАР. В соответствии со ст. 36 Основ незаконное проведение искусственного прерывания беременности влечет за собой уголовную ответственность, установленную законодательством РФ. В силу ч. 1 ст. 123 УК РФ производство аборта лицом, не имеющим высшего медицинского образования соответствующего профиля, наказывается штрафом в размере от 80 тыс. рублей или в размере зарплаты или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо обязательными работами на срок от 100 до 240 часов, либо исправительными работами на срок от одного года до двух лет.

Место криминального аборта в системе Особенной части уголовного права современных стран

Значительный интерес представляет сравнительный анализ места норм о криминальном аборте в системах Особенной части уголовного права современных стран. Очевидны принципиальные расхождения у национальных законодателей в определении объекта посягательства. В целом здесь можно выявить следующие основные подходы: 1) аборт как таковой является преступлением против еще не родившейся жизни; 2) незаконный аборт является преступлением против жизни и (или) здоровья матери; 3) незаконный аборт посягает на иные общественные отношения. Первый подход отражен в УК Макао, Португалии, Эритреи, Эфиопии, где нормы об ответственности за аборт объединены в раздел «Преступления против нерожденной (внутриутробной) жизни». В УК Аргентины аборты относятся к преступлениям против жизни. Аналогичный подход к определению объекта посягательства при криминальном аборте преобладает и в японской доктрине уголовного права. Как указывается в комментарии к УК Японии, «охраняемым правовым благом здесь в первую очередь являются жизнь и здоровье человеческого плода, находящегося в чреве матери, при этом вторичным охраняемым правовым благом может быть названа безопасность жизни и здоровья матери» <1>. ——————————— <1> Цитируется по: Уголовное право зарубежных государств. Особенная часть: Учебное пособие. М.: Издательский дом «Камерон», 2004. С. 465.

Похожие темы:
Аборт в перми за один день
Аборт на 2 день
Аборт на ходу причины
Беременели ли вы после аборта
Аборт в процессе фото

Второй подход принят в странах СНГ, Венгрии, Латвии, Норвегии, Словении. Здесь нормы УК о незаконном аборте размещены в главе «Преступления против жизни и здоровья», при этом в доктрине незаконный аборт рассматривается прежде всего как преступление против здоровья. Наконец, третий подход представлен в УК таких стран, как Алжир, Бельгия, Вьетнам, КНР, Люксембург, Монголия. Здесь объектом посягательства при аборте могут выступать семейные отношения, общественная мораль, общественное здравоохранение и даже общественный порядок. В УК Алжира аборт относится к преступлениям против семьи и несовершеннолетних, в УК Бельгии, Люксембурга, Монголии — к преступлениям против семейных отношений и общественной морали. К преступлениям против общественного здравоохранения незаконные аборты отнесены в УК КНР, к преступлениям против общественного спокойствия и порядка — в УК Вьетнама. По УК Австрии, Испании, Перу, Республики Корея аборты относятся к самостоятельной категории преступлений против личности (обособленной от преступлений против жизни и телесной неприкосновенности).

Виды криминального аборта и связанных с ним преступлений

Принципиально различная оценка национальным законодателем степени общественной опасности аборта находит свое отражение в определении круга наказуемых деяний. По общему правилу, чем более нетерпимое отношение к аборту в данном обществе, тем шире этот круг. Как показывает сравнительный анализ, наибольшее распространение в современном уголовном законодательстве получили следующие виды деяний, связанных с искусственным прерыванием беременности. 1. Незаконный аборт с согласия женщины. Это наиболее распространенный вид криминального аборта, известный уголовному законодательству почти всех стран мира. В странах СНГ, Вьетнаме, КНР, Монголии незаконное прерывание беременности является единственным видом криминального аборта. Это деяние включает только производство аборта с согласия беременной. Производство аборта без согласия будет рассматриваться как причинение вреда здоровью. 2. Прерывание беременности без согласия женщины. В большинстве стран мира это является квалифицирующим признаком (Болгария, Венгрия, Германия, Исландия, Латвия, Нидерланды, Швейцария) или самостоятельным видом криминального аборта (Австрия, Албания, Индия, Испания, Колумбия, Куба, Эстония, Япония). 3. Самоаборт или согласие женщины на незаконное прерывание ей беременности другим лицом (Австрия, Алжир, Андорра, Аргентина, Афганистан, Бруней, Вануату, Венгрия, Венесуэла, Гватемала, Германия, Замбия, Индия, Ирак, Исландия, Испания, Канада, Кирибати, Колумбия, Мавритания, Мадагаскар, Мальта, Мексика, Панама, Перу, Республика Корея, Сальвадор, Самоа, Сан-Марино, Сингапур, США, Таиланд, Тунис, Фиджи, Филиппины, Финляндия, Франция, Швейцария, Эстония, Япония). При этом в УК Эстонии предусмотрена ответственность только за дачу согласия на искусственное прерывание беременности, но не за самоаборт, а в УК Японии, наоборот, только за самоаборт. В отечественном уголовном праве самоаборт был декриминализирован с принятием УК РСФСР 1960 г. Значительно реже в современных уголовных законодательствах встречаются другие составы, связанные с криминальным абортом: а) пропаганда и реклама абортов и средств для их осуществления (Алжир, Бельгия, Германия); б) подстрекательство (побуждение) к аборту (Иран, Польша, Сальвадор); в) понуждение беременной к производству аборта, если в результате этого аборт был произведен (Латвия, Таджикистан, Узбекистан); г) принуждение к незаконному производству аборта с использованием физического или психического насилия (Литва, Монголия, Польша); д) предоставление препаратов и инструментов для производства аборта (Албания, Андорра, Канада, Куба, Мальта, Новая Зеландия, США, Соломоновы Острова); е) приготовление препаратов для аборта (Иран, Замбия); ж) содействие осуществлению аборта со стороны врачей, акушерок, аптекарей и т. п. (Алжир, Аргентина, Мавритания, Мадагаскар, Марокко).


Армия обороны Израиля нанесла ответный удар по объектам ХАМАС в секторе Газа - Россия 24

Юридическая конструкция основных составов криминального аборта

Особенности национальной законодательной политики в отношении абортов наглядно проявляются также в юридической конструкции составов соответствующих уголовно наказуемых деяний. Нормы УК стран СНГ, Вьетнама, Федерации Боснии и Герцеговины, Латвии, Литвы, Македонии, Кубы, Норвегии, Польши, Хорватии являются бланкетными, оперируя понятием «незаконный аборт». Само преступление обычно именуется «незаконное производство аборта». Частично бланкетная конструкция состава в УК Болгарии: «умертвит ее плод вне лечебного заведения, определенного Министерством здравоохранения, или в нарушение установленных этим Министерством правил» (ст. 126) <1>. ——————————— <1> Уголовный кодекс Республики Болгария / Научн. ред. А. И. Лукашова; вступ. ст. И. И. Айдарова. СПб.: Юридический центр Пресс, 2001.

В других странах (Австрия, Алжир, Афганистан, Бельгия, Германия, Люксембург, Таиланд, Эритрея, Эфиопия, почти все страны Латинской Америки) законодатель устанавливает наказуемость аборта как общую норму, а затем указывает в самом тексте уголовного закона исключения, т. е. обстоятельства, при которых прерывание беременности ненаказуемо. Так, согласно УК Судана (ч. 1 ст. 135) ответственность не наступает, когда аборт совершается в одном из нижеперечисленных случаев: а) если проведение операции аборта было осуществлено для спасения жизни матери; б) если беременность наступила в результате совершения изнасилования, срок беременности составлял менее девяноста дней и если женщина сама пожелала сделать аборт в подобных обстоятельствах; в) если было установлено, что зародыш, находящийся во чреве матери, являлся мертвым. Нетрудно заметить, что почти все страны, где уголовно-правовые нормы против абортов носят бланкетный характер, придерживаются либерального подхода к искусственному прерыванию беременности. Здесь преступным признается не сам аборт, а нарушение процедуры. В УК стран СНГ встречаются различные конструкции состава незаконного производства абортов. В большинстве государств проводится различие между незаконным совершением аборта специалистом (что можно считать основным составом) и неспециалистом (квалифицированный состав). Так, в УК Армении (ст. 122), Беларуси (ст. 156), Казахстана (ст. 117), Киргизии (ст. 116) и Таджикистана (ст. 123) выделяются следующие составы незаконного аборта. 1. Незаконное производство аборта врачом, имеющим высшее медицинское образование соответствующего профиля. 2. Производство аборта лицом, не имеющим высшего медицинского образования соответствующего профиля. Наиболее сложную конструкцию имеет формальный состав рассматриваемого деяния в УК Молдовы (ч. 1 ст. 159): «Прерывание беременности любыми средствами, совершенное: а) вне медицинских учреждений или медицинских кабинетов, имеющих соответствующее разрешение; в) лицом, не имеющим специального высшего медицинского образования; с) при сроке беременности более 12 недель; с) при наличии у потерпевшей медицинских противопоказаний к осуществлению подобной операции; е) в антисанитарных условиях, наказывается…» <1>. ——————————— <1> Уголовный кодекс Республики Молдова / Вступ. ст. канд. юрид. наук А. И. Лукашова. Текст официальный. СПб.: Юридический центр Пресс, 2003.

Напротив, в УК Грузии (ст. 133) имеется только один формальный состав незаконного аборта, диспозиция которого вообще никак не раскрывается: «Незаконный аборт наказывается…». Как видно, и в Молдове, и в Грузии законодатель не считает отсутствие медицинского образования у лица, незаконно производящего аборт, квалифицирующим признаком. Из формулировок соответствующих статей УК Азербайджана, Монголии вытекает, что производство аборта специалистом в медицинском учреждении не будет являться преступлением в любом случае. Если при этом нарушается законодательство об абортах (например, запрет производства аборта на поздних сроках беременности), речь может идти только о дисциплинарной ответственности. По УК РФ (ч. 1 ст. 123) и УК Украины (ч. 1 ст. 134) наказуемо только производство аборта лицом, не имеющим высшего медицинского образования соответствующего профиля. Врача-специалиста нельзя привлечь к уголовной ответственности за прерывание беременности в антисанитарных условиях. Наиболее мягкую формулировку содержит УК КНР (ст. 336), власти которой стремятся сократить рождаемость в стране любыми средствами: «Самовольное проведение другому лицу операции по <…> прерыванию беременности <…> лицом, не получившим квалификацию врача, при отягчающих обстоятельствах наказывается лишением свободы на срок до трех лет, арестом либо надзором» <1>. Таким образом, при отсутствии отягчающих обстоятельств аборт в Китае может безнаказанно делать любой дилетант в любых условиях и на любом месяце беременности. ——————————— <1> Уголовный кодекс Китайской Народной Республики / Отв. ред. Р. М. Асланов. СПб.: Юридический центр Пресс, 2001.

По общему правилу, аборт может совершаться только с прямым умыслом. Однако УК ряда государств предусматривают в качестве привилегированного состава причинение аборта по неосторожности или неумышленно в результате умышленных насильственных действий (Аргентина, Бельгия, Боливия, Испания, Коста-Рика, Перу, Сальвадор, Филиппины). В большинстве стран мира основной состав (и некоторые квалифицированные составы) незаконного аборта рассматривается как формальный. Исключение составляют те государства, где объектом посягательства выступает внутриутробная жизнь (см. выше), и, следовательно, основной состав будет материальным. В то же время в большом числе государств наряду с формальными предусмотрены квалифицированные материальные составы аборта. Так, в странах СНГ, Албании, Алжире, Андорре, Аргентине, Боливии, Бразилии, Венгрии, Германии, Ираке, КНР, на Кубе, в Латвии, на Мадагаскаре, в Македонии, Монголии, Сан-Марино, Таиланде, Японии наказание существенно повышается, если деяние привело к смерти потерпевшей или причинению тяжкого вреда ее здоровью. Другими квалифицирующими признаками незаконного прерывания беременности являются: производство абортов в виде промысла (Австрия, Алжир, Боливия, Венгрия, Мавритания, Мадагаскар, Сан-Марино); производство абортов регулярно с целью наживы (Андорра); производство абортов с целью наживы (Куба, Сан-Марино); принадлежность к профессии врача, акушера, фармацевта (Андорра, Афганистан, Венесуэла, Ирак, Сальвадор); отсутствие у исполнителя медицинского образования (Австрия, Куба); незаконное производство аборта лицом, не имеющим соответствующего высшего медицинского образования (большинство стран СНГ); производство аборта лицом, не имеющим права производить аборт (Латвия, Литва, Узбекистан). производство аборта на поздней стадии беременности (Индия, Польша, Сингапур, США, Эстония).


В Новой Москве ликвидировано незаконное производство алкоголя

Наказание за незаконный аборт

В зависимости от общего отношения к абортам в данном обществе оценка законодателем криминальных абортов варьируется от тяжкого преступления до малозначительного деяния. Соответственно, наблюдается чрезвычайный разброс в размерах уголовных санкций. Максимальные сроки лишения свободы за незаконный аборт с согласия женщины без квалифицирующих признаков составляют: 1 год — Австрия, Бельгия, Ирак, Иран, Куба, Румыния; 2 года — Албания, Литва, Молдова; 3 года — Боливия, Федерация БиГ, Венгрия, Германия, Индия <1>, Испания, Колумбия, Мексика, Норвегия, Судан; ——————————— <1> На ранних стадиях беременности.

4 года — Андорра, Аргентина, Бразилия, Исландия; 5 лет — Алжир, Болгария, Люксембург, Монголия, Таиланд, Швейцария; 7 лет — Самоа; 14 лет — Замбия, Новая Зеландия, Фиджи. УК Канады предусматривает наказание вплоть до пожизненного заключения. В восьми странах СНГ (кроме Молдовы) не предусмотрено лишение свободы за основной состав незаконного аборта. В Киргизии незаконное производство аборта врачом соответствующего профиля наказывается только штрафом, в Беларуси, Таджикистане — штрафом или лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. В Азербайджане самым строгим наказанием будут исправительные работы на срок до шести месяцев, в Узбекистане — исправительные работы до одного года, в Армении — исправительные работы на срок до 2 лет или арест не более чем на месяц, в Грузии, Туркменистане — исправительные работы на срок до двух лет. Производство аборта неспециалистом может повлечь лишение свободы только в Армении, Беларуси, Молдове, Таджикистане (до двух лет). В Киргизии такое деяние наказуемо лишь штрафом, в Азербайджане максимальное наказание — 1 год исправительных работ, в РФ — два года исправительных работ, в Узбекистане — арест на 3 месяца, в Казахстане — арест на 6 месяцев, на Украине — ограничение свободы на срок до двух лет. В качестве альтернативного наказания за незаконное прерывание беременности допускается штраф в странах СНГ, Албании, Афганистане, Германии, Индии, на Кубе, в Латвии, Нидерландах, Румынии, Судане. За прерывание беременности без согласия женщины максимальное наказание в виде лишения свободы составляет: 3 года — Австрия, Республика Корея; 5 лет — Албания, Алжир, Аргентина, Венгрия, Германия, Македония; 6 лет — Боливия, 7 лет — Афганистан; 8 лет — Болгария, Федерация Боснии и Герцеговины, Испания, Польша; 10 лет — Андорра, Бельгия, Бразилия, Бруней, Ирак, Колумбия, Люксембург, Сальвадор, Швейцария; 12 лет — Нидерланды; 15 лет — Латвия, Норвегия; пожизненное заключение — Индия, Сингапур. Самоаборт или согласие женщины на незаконное прерывание ей беременности другим лицом в тех странах, где эти деяния криминализированы, наказуемы обычно как основной состав незаконного аборта или несколько мягче. Максимальный срок лишения свободы за них может достигать: 1 года — Австрия, Венгрия, Германия, Ирак, Испания, Республика Корея, Япония; 2 лет — Венесуэла, Исландия, Канада, Мавритания, Мадагаскар, Перу, Тунис; 3 лет — Гватемала, Индия, Колумбия, Мальта, Панама, Таиланд; 4 лет — Аргентина, Финляндия; 6 лет — Филиппины; 7 лет — Замбия, Самоа; 8 лет — Сальвадор. В Ирландии и Кирибати максимальной санкцией является пожизненное заключение.

Краткие выводы

Как показывает сравнительный анализ современных законодательств, в подходах к установлению уголовно-правовой ответственности за незаконный аборт имеются глубокие различия, обусловленные культурными, религиозными и социальными факторами. Эти различия касаются как определения самого круга наказуемых деяний, так и размера уголовных санкций. Отсутствует и единство относительно объекта посягательства и, соответственно, места криминального аборта в системе Особенной части. С начала XX в. общая тенденция развития законодательства состояла в постепенной либерализации отношения к практике искусственного прерывания беременности, смягчении соответствующих уголовных норм и даже полной декриминализации некоторых деяний. Однако этот процесс затронул далеко не все регионы и культуры мира. В некоторых из них (прежде всего мусульманских и христианских) аборт как таковой остается по-прежнему тяжким преступлением, наказуемость за которое исключается лишь в немногих особых случаях. Как видим, в науке можно выделить три главные точки зрения — либеральную, консервативную, умеренную. Сторонники либеральной подчеркивают и доказывают прежде всего право женщины на контроль над собственным телом и склонны рассматривать аборт почти как то же самое, что выделение кусочка ткани из организма женщины. Поэтому отстаивается тезис, что аборт не является недопустимым с моральной точки зрения. Доказывается также, что плод может считаться человеком и иметь право на жизнь только тогда, когда он способен жить вне организма матери. Вторая, прямо противоположная, консервативная точка зрения утверждает, что аборт всегда, во всех без исключения случаях морально недопустим. Согласно ей аборт даже на самой ранней стадии развития зародыша лишает жизни невинное человеческое существо, т. е. является убийством, и потому во всех случаях должен быть запрещен законом и недопустим с моральной точки зрения. Третий взгляд, который можно охарактеризовать как умеренный, пытается соединить в себе элементы обеих крайних точек зрения в смягченном варианте и избежать нежелательных выводов, которые вытекают из них <1>. ——————————— <1> Коновалова Л. Б. Прикладная этика.


Сотруднице медклиники в Москве предъявили обвинение за незаконные аборты - Москва 24

Все три точки зрения подвергаются критике. Дебаты вокруг аборта продолжаются. В Российской Федерации, где в 1920 г. впервые в современном мире были узаконены аборты «по желанию», законодатель в настоящее время придерживается ультралиберальных позиций в отношении абортивной практики. Действующее российское уголовное законодательство в отношении незаконных абортов, повторимся, является самым мягким в мире наряду с законодательством Украины и КНР. Официальным основанием для такого либерализма служит стремление свести к минимуму подпольные операции по прерыванию беременности, наиболее опасные для здоровья женщины, а также приверженность принципу невмешательства государства в частные дела. К сожалению, при столь либеральном подходе к социальным и медицинским показаниям искусственного прерывания беременности в нормах действующего законодательства России практически отсутствуют гарантии государственной охраны материнства. В контексте ст. 36 Основ (о том, что «Каждая женщина самостоятельно решает вопрос о материнстве») материнство лишено общественной значимости и является сугубо частным делом женщины. В то же время, согласно п. 1 ст. 38 Конституции РФ, материнство находится под защитой государства. Таким образом, по смыслу этой конституционной нормы материнство нуждается в государственной поддержке и, очевидно, не может быть всецело отдано на откуп отдельно взятой женщине (к слову сказать, в российском законодательстве нигде не закреплено право мужчины — отца будущего ребенка <1> на решение этого вопроса). Сопоставляя ст. 36 Основ и п. 1 ст. 38 Конституции РФ, приходим к выводу об их явном несоответствии. ——————————— <1> Такой же позиции придерживается Европейская комиссия по правам человека. В ее Заявлении N 8416/79 сказано, что «Потенциальный муж-отец не имеет права требовать обязательной консультации с ним или обращаться в суд в связи с намерением его жены сделать аборт… так как именно женщина является главным заинтересованным лицом в продолжении или прерывании беременности» (Заявление N 8416/79, дело «X. против Объединенного Королевства Великобритании».)

Современное российское государство фактически сняло с себя значительную часть ответственности за уголовно-правовую охрану здоровья граждан, предоставив последним право свободно потреблять наркотики, заражаться «по добровольному согласию» ВИЧ-инфекцией, пользоваться услугами врачевателей-шарлатанов и практически бесконтрольно делать аборты. Стоит ли после этого удивляться темпам депопуляции (вымирания населения) в нашей стране?

——————————————————————


Сотрудниками МВД России и ФСБ России пресечен сбыт незарегистрированных аппаратов ИВЛ

Использованные источники: https://center-bereg.ru/f1528.html

УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА НЕЗАКОННОЕ ПРЕРЫВАНИЕ БЕРЕМЕННОСТИ

На протяжении нескольких лет численность населения в России в среднем ежегодно уменьшается на 750 тыс. человек. По прогнозам, уже через 15 лет россиян может стать меньше на 22 млн. человек. Поэтому в условиях сложившейся демографической ситуации важное значение приобретает создание оптимальных условий для материнства. Одним из наиболее актуальных и дискуссионных вопросов, связанных с сохранением здоровья женщин и повышением рождаемости, является проблема абортов.

По оценкам специалистов, ежегодно в мире совершается около 50 млн. абортов, треть из которых делается незаконно. Россия занимает первое место в мире по числу искусственных абортов. Так, их число на 1000 женщин детородного возраста составляет в России — 83, в Германии — 5,1, в Австрии — 7,7, во Франции — 13,8. По данным Росстата, количество искусственно прерванных беременностей в России значительно превышает число родов (в 2004 г. на 100 родов было сделано 128 абортов). Вместе с тем приведенные цифры не отражают реальное число проведенных операций по прерыванию беременности, поскольку учитывают только случаи, зарегистрированные в учреждениях здравоохранения.


В Подмосковье полицейские выявили незаконное использование средств индивидуализации товаров

Установить количество произведенных криминальных абортов еще сложнее, поскольку преступление характеризуется высокой степенью латентности. Так, по данным ГИАЦ МВД России, в 2004 г. зарегистрировано всего 75 преступлений, возбужденных в связи с незаконным производством абортов, по ст. 123 УК РФ (в 2005 г. — 55, в 2006 г. — 72), а по данным Минздравсоцразвития России в 2004 г., криминальными являлись 1476 абортов (почти в 20 раз больше ставших известными правоохранительным органам).

Остановимся на правовом аспекте проблемы абортов и рассмотрим трудности, возникающие при квалификации действий по незаконному прерыванию беременности и отграничении преступления, предусмотренного ст. 123 УК РФ (незаконное производство аборта), от предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее прерывание беременности).

Обе статьи находятся в разделе 7 УК РФ «Преступления против личности» (в гл. 16 «Преступления против жизни и здоровья»), объектом которых выступают здоровье и жизнь беременной женщины. Одним из критериев обеспечения правильной квалификации содеянного некоторые криминалисты считают наличие согласия потерпевшей на прерывание беременности. Представляется, что с этой точкой зрения можно согласиться с некоторыми оговорками, так как данный критерий не является единственным.

С развитием медицины спрос на зародышевую ткань повышается. Врачи говорят о возможности эффективного применения трансплантации эмбриональных тканей при лечении ряда заболеваний, например диабета, болезни Паркинсона.

Перспективными в области медицины и косметологии считаются технологии, основанные на использовании стволовых клеток. Их источником является костный мозг или эмбриональная ткань, полученная в результате абортов либо оставшаяся после искусственного оплодотворения. В условиях недостаточности донорского материала изъятие эмбриональных тканей и (или) их трансплантация могут стать целью совершения преступления. Некоторые женщины захотят забеременеть с целью последующего аборта и передачи эмбриональной ткани родственнику или ее продажи.

Согласие на прерывание беременности может быть ими дано при отсутствии для этого социальных, медицинских показаний под давлением врачей, заинтересованных по разным причинам в получении эмбриональных тканей. Поэтому уголовное законодательство должно совершенствоваться, учитывать возможности новейших технологий и предупреждать их использование в преступных целях, охранять законные интересы государства и граждан.

Объективной стороной причинения умышленного тяжкого вреда здоровью потерпевшей является любое действие или бездействие, повлекшее прерывание беременности. При этом необходимо установление прямой причинной связи между действиями виновного и наступившими общественно опасными последствиями, так как прерывание беременности может быть самопроизвольным, связанным с каким-либо заболеванием женщины, а не с действиями подозреваемого или обвиняемого. В таких случаях судебно-медицинская экспертиза должна проводиться с участием акушера-гинеколога.

Способом совершения преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, могут быть как действия общего характера (нанесение ударов, избиение потерпевшей, причинение ей ранений, повлекших прерывание беременности), так и специально направленные на прерывание беременности, например, введение в организм потерпевшей (в том числе обманным путем) специальных медицинских препаратов с указанной целью при отсутствии согласия женщины на прерывание беременности. Объективную сторону незаконного производства аборта составляют действия лица, направленные на прерывание беременности. Преступление является оконченным после проведения операции по изгнанию эмбриона (плода). При этом не имеет значения, причинен ли какой-либо вред здоровью женщины.

Способы совершения преступления, предусмотренного ст. 123 УК РФ, для квалификации действий виновного не имеют значения и могут быть различными: медикаментозными, хирургическими, механическими, токсическими и другими. Они учитываются как при определении характера и степени общественной опасности содеянного, так и при назначении наказания за него.

В УК РФ используются два понятия преждевременного прекращения беременности: прерывание беременности и аборт. При этом Кодекс не конкретизирует и не определяет их. В Основах законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан и в других нормативных правовых актах, издаваемых Минздравсоцразвития России, используется термин «прерывание беременности». Согласно словарю С.И. Ожегова и Л.И. Скворцовой, аборт — это преждевременное прерывание беременности, самопроизвольное или искусственное. Медицинская энциклопедия дает более точное толкование: аборт — прерывание беременности в течение первых 28 недель, когда плод еще нежизнеспособен.

Большой юридический словарь определяет аборт как искусственное прерывание беременности путем инструментального удаления плодного яйца из полости матки. Еще одно понятие аборта дано в Большом юридическом энциклопедическом словаре, где под абортом понимается искусственное прерывание беременности путем умерщвления живого плода в матке в сроки до 28 недель.

В соответствии с Основами законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан искусственное прерывание беременности проводится по желанию женщины при сроке беременности до 12 недель, по социальным показаниям — при сроке беременности до 22 недель, а при наличии медицинских показаний и с согласия женщины — независимо от срока беременности. Перечень медицинских показаний для искусственного прерывания беременности утвержден Приказом Минздравсоцразвития России от 3 декабря 2007 г. N 736, а Перечень социальных показаний — Постановлением Правительства РФ от 11 августа 2003 г. N 485.

Таким образом, для определения понятия аборта при квалификации действий виновного по ст. 123 УК РФ представляется более правильным руководствоваться закрепленным в Основах положением об искусственном прерывании беременности. Исходя из этого, прерывание беременности женщине в срок свыше 12 недель при отсутствии социальных и медицинских показаний, а при наличии социальных показаний — в срок свыше 22 недель следует квалифицировать по ст. 111 УК РФ, в том числе в случае прерывания беременности с согласия потерпевшей.

Однако определение понятия, данное в Основах, для разграничения квалификации действий виновного является не совсем достаточным, поскольку в нем не определен максимально возможный срок беременности для производства аборта при наличии медицинских показаний. Вместе с тем в медицинской литературе различают понятия «прерывание беременности» и «преждевременные роды», когда беременность прерывается в срок свыше 28 недель, так как зародыш к этому периоду считается уже настолько развившимся, что при надлежащих условиях, с учетом развития медицины, он способен к внеутробной жизни и прерывание беременности может не вызвать гибели плода. Поэтому для единообразного толкования понятия «аборт» при квалификации действий виновного по ст. 123 УК РФ целесообразно ввести его определение в данную статью или в примечание к ней. Целесообразно также получить соответствующее разъяснение высшей судебной инстанции.

Представляется спорным вопрос об обоснованности декриминализации уголовной ответственности за производство аборта вне стационарного лечебного учреждения, так как его проведение в домашних условиях при отсутствии необходимого медицинского оборудования или с применением новых и не прошедших клинических испытаний препаратов может причинить серьезный вред жизни и здоровью женщины.

Субъективная сторона преступления, предусмотренного ст. 111 УК РФ, характеризуется прямым или косвенным умыслом. Как правило, умышленное причинение вреда здоровью совершается с неконкретизированным умыслом, когда виновный предвидит и сознательно допускает или желает причинения в результате его действий вреда здоровью потерпевшей, но не знает объема этого вреда и не может точно определить степень тяжести причиненных телесных повреждений. В таких случаях содеянное квалифицируется по тяжести фактически наступивших последствий, так как умыслом виновного охватывалось причинение любого вреда здоровью потерпевшей.

При прямом умысле на прерывание беременности без согласия женщины в случае причинения менее тяжкого вреда здоровью или при его отсутствии виновный может нести ответственность за покушение на совершение преступления, предусмотренного ст. 111 УК РФ. Цели и мотивы умышленного причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшей имеют значение для квалификации действий виновного по ч. 2 ст. 111 УК РФ (например, прерывание беременности в целях использования тканей эмбриона для изготовления медицинских и косметических препаратов).

Преступление, предусмотренное ст. 123 УК РФ, совершается с прямым умыслом. Виновный осознает общественную опасность своих действий, предвидит наступление опасных последствий и желает, чтобы в результате его действий беременность потерпевшей искусственным путем была прервана. Как правило, преступление совершается с корыстной целью, но ею может быть и стремление оказать помощь подруге в достижении желаемого результата, когда мотивом является ложное понимание чувства товарищества.

Квалифицированные составы рассматриваемых преступлений являются преступлениями с двойной формой вины: с умыслом по отношению к действиям и бездействию виновного лица (прямым, косвенным и неконкретизированным) и с неосторожностью по отношению к наступившей смерти потерпевшей и к причинению тяжкого вреда ее здоровью (по легкомыслию или по небрежности). Тяжкий вред здоровью влечет причинение повреждений, опасных для жизни (например, ожогов химическими соединениями, вызвавших помимо местного общетоксическое действие, угрожающее жизни), или повреждений, по исходу и последствиям относящихся к тяжким (в частности, повлекших утрату способности к деторождению).

Отдельные криминалисты предлагают разграничить указанные составы по субъективной стороне, полагая, что при совершении преступления, предусмотренного ст. 123 УК РФ, умысел виновного не направлен на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей. На наш взгляд, эта точка зрения представляется спорной, так как согласно Правилам определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, само по себе прерывание беременности уже относится к тяжким телесным повреждениям.

Субъектом преступления, предусмотренного ст. 123 УК РФ, является лицо, не имеющее высшего медицинского образования соответствующего профиля, т.е. любое лицо, кроме акушера-гинеколога. При этом уровень квалификации врача значения не имеет.

Поскольку субъектом преступления является лицо, на которое уголовным законом возложена обязанность отвечать за содеянное, то, согласно действующему законодательству, аборт, произведенный врачом-гинекологом при отсутствии медицинских или социальных показаний либо в ненадлежащих условиях (например, вне операционного помещения, ненадлежащим способом), хотя и является незаконным, не повлечет уголовной ответственности по ст. 123 УК РФ. К уголовной ответственности врачи-гинекологи могут быть привлечены только при наступлении в результате их действий тяжких последствий по характеру причиненного вреда (по ст. 118 УК РФ — в случае причинения тяжкого вреда здоровью женщины либо по ст. 109 УК РФ — в случае ее смерти) или при доказанности фактов, что их деятельность была систематической, постоянной, основанной на договорных отношениях, связанной с извлечением прибыли (по ст. 235 УК РФ «Незаконное занятие частной медицинской практикой без лицензии»).

Некоторые юристы предлагают квалифицировать действия врача, сделавшего аборт в ненадлежащих условиях, по ст. 238 УК РФ «Оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей». Эта точка зрения также представляется спорной, так как при анализе содержания нормы данной статьи и других норм, включенных в гл. 25 УК РФ «Преступления против здоровья населения и общественной нравственности», можно сделать вывод о том, что к объектам охраняемых ею правоотношений оказание медицинской помощи не относится, поскольку в этой же главе есть специальная норма, предусматривающая ответственность за незаконное занятие частной медицинской практикой (ст. 235).

Как видим, за причинение в результате незаконного аборта легкого или средней тяжести вреда здоровью женщины уголовную ответственность по ст. 123 УК РФ несут все, кроме врачей-гинекологов, несмотря на то что именно к ним, как правило, обращаются женщины с просьбой прервать беременность любыми способами и в любых условиях. Именно они лучше, чем кто-либо, знают о возможных последствиях ненадлежащего производства аборта. Поэтому врачи-гинекологи должны ответственно относиться к своим профессиональным обязанностям, и оснований для исключения их из числа субъектов преступления, предусмотренного ст. 123 УК РФ, на наш взгляд, не имеется.

Привлечь к уголовной ответственности за незаконное производство абортов врача-гинеколога даже в случае причинения потерпевшей тяжкого вреда здоровью или наступления ее смерти сложно, так как необходимо доказать, что именно этот врач проводил операцию. Как правило, медицинская документация в таких случаях либо не ведется, либо уничтожается после того, как потерпевшие или их родственники выражают недовольство по поводу качества оказанных услуг. Врача, проводившего операцию, знают обычно только потерпевшие, но они не всегда могут дать показания.

Так, Н. хотела сделать аборт, но стоимость операции (от 10 тыс. руб.) была для нее слишком большой. Когда она собрала 8 тыс. руб., срок беременности был уже 16 — 18 недель. По объявлению в газете она нашла частную медицинскую клинику, где ей согласились сделать операцию, и через несколько часов после ее проведения Н. была уже дома. Чувствовала она себя очень плохо, беспокоили сильные боли в низу живота, поднялась температура. Утром она позвонила в клинику, ей посоветовали принять несколько таблеток анальгина.

На следующий день бригадой «Скорой медицинской помощи» Н. была госпитализирована в городскую больницу, где в тот же день скончалась. Согласно выводам экспертов, ее смерть наступила от септического шока как осложнения неполного прерывания беременности механическим способом путем внутриматочного инструментального вмешательства с использованием острых плодоразрушающих инструментов, обычно используемых в гинекологической практике при производстве медицинских абортов. В ходе предварительного следствия установили клинику, где Н. была прервана беременность, но достаточных доказательств проведения ей операции определенным врачом-гинекологом собрать не удалось.

Кроме того, для привлечения к уголовной ответственности за незаконное производство абортов врачей-гинекологов необходимо доказать прямую причинную связь между преступными действиями врача и наступившими общественно опасными последствиями. Специалисты, проводящие судебно-медицинские экспертизы по таким делам, в большинстве случаев категоричных выводов не делают, объясняя это особенностями организма потерпевшей. Заключение эксперта для суда, прокурора, следователя и лица, производящего дознание, не имеет заранее установленной силы и подлежит оценке в совокупности с другими собранными по делу доказательствами по правилам ст. 88 УПК РФ.

Как видим, уголовное законодательство, предусматривающее ответственность за незаконное прерывание беременности, нуждается в дальнейшем совершенствовании. В настоящее время этот вопрос для России становится особенно актуальным, поскольку имеет непосредственное отношение к решению важнейшей социальной проблемы. В условиях, когда на протяжении длительного времени в стране смертность значительно превышает рождаемость, государство вправе более эффективно использовать правовые средства (в том числе путем усиления уголовной ответственности за производство криминальных абортов) для решения вопросов регулирования демографической ситуации в стране.

Автор статьи: М. КИСЕЛЕВА


Использованные источники: http://www.blog.servitutis.ru/?p=532

Незаконное производство абортов: особенности преступления и ответственность за его совершение

Демографическая политика РФ нацелена на увеличение прироста населения. Но женщины, все же, имеют право выбирать, когда производить на свет потомство и производить ли вообще. Кроме того, они вправе обратиться к специалисту, чтобы прервать незапланированною беременность. Поскольку государство заботится о здоровье прекрасной половины населения, процедура аборта четко регламентируется законодательством, а его незаконное проведение рассматривается как уголовное преступление.

Особенности преступления

Незаконно произведенным считается аборт (искусственное прерывание беременности), который был совершен лицом, не имеющим высшего медицинского образования по соответствующей специальности.

Данное преступное деяние карается статьей 123 УК РФ. Давайте рассмотрим состав преступления незаконного проведения аборта.

Более подробно об особенностях такого злодеяния, как незаконный аборт, расскажет следующий видеосюжет:

Состав преступления

  • Объектом является здоровье, а иногда и жизнь абортируемой женщины.
  • В качестве субъекта незаконного производства аборта может выступать лицо, старше 16 лет, не имеющее высшего специального образования, то есть не являющееся гинекологом, акушером-гинекологом или хирургом гинекологом.

Иными словами, даже если за аборт примется врач, но с медсертификатом по другой специальности, деяние будет подпадать под данную статью. То же касается и младшего медицинского персонала, поскольку среднее образование, пусть и по соответствующей специальности, права на совершение аборта не дает.

Вне специального учреждения аборт может быть произведен специалистом только в случае крайней необходимости. Тогда данное деяние не будет рассматриваться как преступление.

А теперь давайте поговорим про незаконное производство аборта и смежные составы.

Пересечение с другими статьями УК

Отдельно следует сказать о согласии женщины на прерывание беременности. Ст. 123 УК РФ (незаконное производство аборта) касается лишь тех случаев, когда пациентка идет на аборт добровольно. Ситуации, в которых процедура производится против воли потерпевшей, квалифицируются по 111 статье (нанесение тяжкого вреда здоровью).

Для 123 статьи не имеет значения, каким способом был проведен аборт, и допустим ли он был по срокам. Главное, это факт незаконности проведения данных действий обвиняемым лицом и последствия для здоровья женщины.

Квалификация

Последней вопрос затрагивается в 3 части 123 статьи, которая квалифицирует состав преступления. Речь идет о смерти или тяжких повреждениях здоровья потерпевшей в ходе или в результате прерывания беременности. Факт наличия зависимости между абортом и негативными для здоровья женщины последствиями должен быть доказан.

Правоведы спорят, считается ли ситуация, в которой попытка незаконного аборта не привела к прерыванию беременности, законченным преступлением. Одни специалисты считают, что да, другие указывают, что деяние является завершенным после удаления плода.

Умысел, то есть нацеленность на производство аборта, является обязательной составляющей преступления, классифицируемого по 123 статье.

Изменения в законодательстве

До 2003 года в 123 статье присутствовала 2 часть, которая была удалена из кодекса как утратившая силу. В ней шла речь о повторном проведении незаконного аборта ранее судимым по данной статье лицом.

А теперь давайте узнаем, какая ответственность предусмотрена за незаконное производство аборта в уголовном праве России.

Ответственность за незаконное производство абортов

1 часть 123 статьи предусматривает несколько вариантов ответственности за совершенное злодеяние:

  • Штраф (до 80 000 рублей);
  • Штраф, назначаемый в размере зарплаты или полученного иным способом дохода за полгода;
  • Обязательные работы (от 120 до 240 часов);
  • Исправительные работы (от одного до двух лет).

3 часть указанной статьи касается преступления с двумя формами вины, поэтому и наказание в ней предусмотрено более жесткое – лишение свободы на 5 лет максимум. Параллельно может быть наложен запрет на право занимать определенные должности или заниматься конкретной деятельностью.

Далее мі поговорим про жертв и ситуации, когда незаконное производство аборта имело место.

Судебная практика

Хотя аборт является крайне опасной по своим последствиям процедурой, незаконное прерывание беременности производится очень часто. Среди причин такого поступка можно выделить:

  • низкий социальный статус женщины (отсутствие документов или денег на оплату аборта в специальном учреждении);
  • возраст (несовершеннолетние женщины боятся сообщать о беременности родителям);
  • большой срок (когда плоду больше 12 недель, в аборте, как правило, отказывают);
  • наличие противопоказаний.

Довольно часто незаконно и непрофессионально проведенный аборт приводит к смерти женщины.

Пример 1. Например, районный суд г. Нижние Серги, что в Свердловской области, рассмотрел дело о криминальном аборте, проведенном гражданкой К.Л.П., не имеющей специального образования, в корыстных целях. Потерпевшая — Н.Л.Г. – добровольно обратилась к подсудимой на сроке 19,5 недель, с целью прервать нежелательную беременность.

К.Л.П. согласилась провести процедуру, не имея специальных навыков и соответствующего образования, поскольку хотела получить за свою работу 1000 рублей. Во время аборта у потерпевшей открылось маточное кровотечение, воспалились внутренние оболочки матки, возник сепсис. В результате, после нескольких дней, проведенных в городской больнице, Н.Л.Г. умерла.

К.Л.П. свою вину полностью признала и раскаялась в содеянном. Еще одним смягчающим обстоятельством оказалось наличие у обвиняемой несовершеннолетнего ребенка. Тем не менее, осознавая тяжесть последствий преступления, совершенного обвиняемой, суд приговорил ее к двум годам лишения свободы (колония-поселение), отталкиваясь от 3 части 123 статьи УК РФ. До назначения приговора обвиняемая была взята под стражу из зала суда.

Также на обвиняемую были возложены судебные издержки и обязанность оплатить лечение Н.Л.Г. в городской больнице с 08.09.2007 по 10.09.2007, то есть с момента производства аборта до смерти потерпевшей.

Поскольку К.Л.П. должности в медицинском учреждении не имела и медицинской деятельностью не занималась, запрета на ее продолжение не последовало.

Как видим, простая алчность привела к невероятно печальным последствиям.

Пример 2. Даже когда дело не заканчивается смертью, избежать указания не удается. Так, вынесением приговора об исправительных мерах закончилось рассмотрение дела о незаконном аборте в Волгоградском суде.

Подсудимая по просьбе потерпевшей принялась за производство аборта, не имея медицинского образования по соответствующей специальности. Она ввела беременной несколько инъекций препарата, используемого ветеринарами, в результате чего женщина родила мертвого ребенка. Причиной смерти плода стал ателектаз легких.

Свою вину обвиняемая признала. Попросила суд об особом порядке рассмотрения дела, на что было дано согласие. В результате, обвиняемая была осуждена по 1 части статьи 123 УК РФ.

Незаконные аборты, равно как и незаконное изъятие органов и тканей человека, нарушение врачебной тайны и отказы от предоставления помощи больному — бич современной российской медицины. И только грамотное регулирование этой системы отношений, а также наказание виновных способны излечить наше государство от такого «недуга».

О том, как была раскрыта сеть клиник, занимающихся криминальными абортами, расскажет следующее видео:


Понравилась статья? Поделитесь с друзьями в социальных сетях:

Facebook

Вконтакте

Одноклассники

Google+


И подписывайтесь на обновления сайта в Контакте, Одноклассниках, Facebook, Google Plus или Twitter.

Использованные источники: http://ugolovka.com/prestupleniya/protiv-zhizni-i-zdorovya/vrachi-i-meditsina/nezakonnoe-proizvodstvo-abortov.html

5
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
britania-ekb.ru

Комментарии закрыты.